Медицинская энциклопедия.
 
 

   ИНТЕРНЕТ - НАРКОТИК ДЛЯ ЧЕЛОВЕКА И ЧЕЛОВЕЧЕСТВА.

   Многие, наверное, замечали, что с некоторыми людьми по телефону можно трепаться часами, а при личном общении что-то мешает, слова застревают, мысли улетучиваются, появляется какая-то скованность. Разговор по телефону - это отдельный жанр. Недаром же существуют тренинги телефонного общения. В общем, даже такая технически простая по сравнению с Интернетом вещь, как телефон, оказывает определенное влияние на психологию и культуру общения. Что уж тогда говорить об Интернете, который предлагает целый параллельный мир, общение в котором может быть бесконечно далеким от реальности.
   В наших психоаналитических центрах стали появляться первые клиенты, в жизни которых виртуальное общение занимает главное место и часто является единственной формой общения. На Западе же зависимость от виртуального общения уже признана реальной проблемой. Причем проблемой медицинской. Появились и соответствующие термины - INTERNET ADDICTION, ON-LINE ADDICTION, NET ADDICTION ("зависимость от Интернета", "от виртуального мира", "от сети")..
   Особую опасность американцы видят в так называемых графических чатах. Если раньше виртуальное общение представляло собой просто обмен сообщениями, то графический чат - это виртуальный дворец, подземелье и т.п., в котором каждый участник представлен в виде графического образа.
   Общение в графическом чате напоминает непрекращающуюся вечеринку - кто-то приходит, кто-то уходит, образы участников перемещаются, обмениваются репликами, могут что-то шептать друг другу так, что чтобы не слышали другие, могут дружески похлопать друг друга по плечу, уединиться в специальных виртуальных комнатках и т.д. С точки зрения человека, испытывающего проблемы в реальном живом общении, такая замена чрезвычайно заманчива. Во-первых, можно создать какой угодно образ самого себя, собрав, например, все то, что хотелось бы иметь или кем хотелось бы быть в реальности. Во-вторых, анонимность, вообще свойственная виртуальному общению, защищает от разочарований и дает чувство безопасности. Анонимность позволяет безопасно экспериментировать со своим образом, мужчина может представить себя в образе женщины или наоборот. В общем, есть возможность проиграть в виртуальной реальности любые фантазии, что в реальности в большинстве случаев невозможно.
   И самое важное - интерактивность, из-за которой виртуальное общение и становится способным создать иллюзию реального живого общения. Вот, например, одно из описаний мотивов к перемене пола в виртуальном мире.
   "Играя роль мужчины, я могла свободно выражать агрессию и проявлять жажду власти. Я не считала возможным выразить эти стороны моей личности, когда меня воспринимали как женщину. Для меня это было чем-то вроде соревнования, хотелось выяснить, как другие женщины контактируют с мужчинами, как они их соблазняют. Мне они (другие женщины ) показались глупыми и скучными.
   Я возвращалась к этому мужскому образу, когда чувствовала себя обиженной, задетой или уязвленной. Более интеллектуальный образ мужчины помогал мне дистанцироваться, обрести объективность и ясность. Он (образ мужчины) был стеснительнее, чем мое реальное или виртуальное Я, старше и мудрее.
   Я могла увидеть его мысленным взором, как он протирает очки, которых я, кстати, не ноше, пока болтается в чате, пока приходит к какому-то мнению. Это очень не похоже не меня, я склонна с ходу врываться, задавать кучу вопросов, встревать".
   Однако пока исследования медиков направлены в основном на то, как научит пользователей контролировать количество времени, проводимое в сети, заставить вовремя отключаться или не подписываться на сайты, из которых особенно трудно вылезти. Но такое решение проблемы никак нельзя назвать кардинальным, поскольку это борьба со следствием, а не с причинами.
   Если человек в виртуальном мире меняет собственную идентичность, это чаще всего, конечно, просто желание поэкспериментировать, свойственное каждому из нас, и, разумеется, не стоит спешить вешать ярлык патологии, но в ряде случаев за этим может стоять глубинная неуверенность в том, что он кому-либо может быть интересен таким, какой он есть.
   Кардинально решить проблему патологической зависимости - значит, осознать, что именно в личной истории человека привело к такому восприятию реальности, которое не позволяет наслаждаться жизнью. С клинической точки зрения все патологические зависимости обычно уходят корнями в детские годы и могут быть прослежены к ранним депривациям и конфликтам. Они могут представлять собой способы справиться с депрессивностью и тревожностью, а могут свидетельствовать об отсутствии банального чувства безопасности или ощущении внутренней опустошенности. У человека вообще есть свойство уходить в мир фантазий и там скрываться от трудностей психологической адаптации - кто-то уходит с головой в работу и превращается в трудоголика, чтобы не ощущать внутренней пустоты и избежать ощущения бессмысленности, кто-то - к наркотикам, кто-то смотрит кино, кто-то читает художественные книги, с упоением следя за развитием придуманного сюжета, кто-то ходит в музеи и на выставки, любуясь виртуальной реальностью картин и скульптур, а кто-то открывает для себя виртуальный мир Интернета.
   В общем, это характерно для человечества, которое начало перемещаться в мир виртуальности с тех самых пор, когда первый пещерный художник нарисовал на стене первого бизона. Хотя нет, на самом деле все началось еще раньше - первая виртуальность появилась вместе с животной психикой, когда первое белковое существо взглянуло глазами на окружающий зеленый мир. Ведь сознание уже есть некая виртуальность, не совпадающая с миром, а лишь отражающая его в своих представлениях. Виртуальная модель мира: Так что Интернет лежит не просто в русле человеческой и технической эволюции, но и в русле эволюции вообще.
   Мы все глубже падаем в пропасть придуманных миров - через книги, фильмы, игры, виртуальность. И в конце концов провалимся туда окончательно, перенеся "в сказки" всю нашу цивилизацию. И тогда в сетях будут жить электронные копии личностей, возможно, не привязанные ни к какому конкретному телу.
   В какую реальность будем тогда бежать из сетей?